Загадки материков и океанов

Немало экспедиций посетило район Лобнора после Прже­вальского. В окрестностях озера побывали и французские, и английские, и шведские путешественники. Всем им не терпе­лось разрешить спор между немецким и русским географами.
Сам Пржевальский вто­рично посетил озеро во время четвертого путеше­ствия по Центральной Азии. Вместе со своими ближайшими помощника­ми Козловым и Роборовским он снова тщательно исследовал Лобнор.
Козлов и Роборовский впоследствии тоже стали известными исследовате­лями Центральной Азии и с успехом продолжали де­ло, начатое их другом и учителем. И тот и другой снова навещали берега Лобнора.
Особенно интересовал­ся историей этого озера Козлов. Он и обратил впервые внима­ние на одно обстоятельство, которое много лет спустя помогло решить спор между Пржевальским и Рихтгофеном.
Это случилось в конце 90-х годов прошлого столетия. Коз­лов в то время занимался исследованием реки Конче-Дарьи. Он обратил внимание, что там, где река поворачивала на юг, к Кюк-Ала-Дарье, на восток отходило сухое русло.
«Оно мертво, вид его печальный, уцелевшие берега напо­ловину возвышенные. По всему бывшему течению разбросаны сухие стволы тополей; многие еще продолжают стоять, будучи наполовину занесены песком…»
Так рисует Козлов картину покинутого русла. У местного населения это русло называется Кум-Дарья, или Курук-Дарья, то есть песчаная, или сухая река.
Козлов пришел к выводу, что было время, когда Конче-Дарья не поворачивала на юг и не вливалась в Кюк-Ала-Дарью, а текла на восток. Значит, задолго до путешествий Козлова и Пржевальского карта окрестностей Лобнора имела совсем другой вид.
Так оно и было. Это удалось выяснить окончательно спу­стя четверть века.