Загадки материков и океанов

Казалось бы, можно торжествовать победу, возвращаться на корабль, писать донесение в Петербург о полном успехе. Устье Амура судоходно, легкие морские корабли свободно мо­гут в него заходить.
Но Невельской не мог на полпути прервать исследование. Он хотел собрать как можно больше доказательств судоход­ности Амура. Поэтому, вместо того чтобы вернуться на «Байкал», Невельской, выйдя в лиман, повернул шлюпки на юг. Он двинулся вдоль материкового берега, продолжая си­стематически замерять глубины.
Все ближе и ближе сходились берега Сахалина и материка. Наконец шлюпки подошли к такому месту, где, казалось, бе­рега вот-вот сомкнутся. Но вместо перешейка, который гото­вились увидеть Невельской и его спутники, их глазам открыл­ся пролив, до этого скрытый берегами Сахалина и материка. Он оказался довольно широк - около 7,5 километра. Глубин меньше 6 метров не встречалось.
Проследовав этим проливом к югу, Невельской вскоре очу­тился на той широте, где в свое время побывали Лаперуз и Браутон.
Теперь победа была полная.
Все представления об Амуре и Сахалине, господствовав­шие среди русских и западноевропейских исследователей, оказались ошибочными.
Устье Амура судоходно, так же как и его лиман. Саха­лин - остров, а не полуостров, Татарский залив - не залив, а пролив.
Теперь всем известно, что в том месте, где, по Лаперузу и Браутону, должен был оказаться перешеек, соединяющий Сахалин с материком, существует пролив. Это самая узкая часть Татарского пролива. Она носит имя человека, который впервые ее открыл и исследовал,- имя Геннадия Ивановича Невельского.
Так, с 1857 года на всех географических картах Сахалин стал изображаться островом, а бывший Татарский залив - проливом.